«Украинская правда» продолжает попытки разгадать суть того, что произошло между Юлией Тимошенко и Юрием Бойко в прямом телеэфире 26 октября. Сейчас подтверждается предположение, что схема, которую передала Тимошенко Бойко, является завуалированным посланием последнему.

Вероятнее всего, там изображены компании, которые имеют отношение к Ивану Фурсину, гражданину Украины и опосредствованному совладельцу «РосУкрЭнерго». Похоже, Тимошенко знает намного больше, чем хочет сказать.

Что изображено на схеме

В теледебатах с идеологом прихода «РосУкрЭнерго» на украинский рынок, министром топлива и энергетики Юрием Бойко Юлия Тимошенко продемонстрировала схему движения средств, перечисленных 12 декабря 2004 года в уставный фонд австрийской компании Сentragas Holding Beteilguns GmbH (CHB Charter Fund) – владельца 50% акций «РосУкрЭнерго»

Следует отметить, что отдельные сегменты, касающиеся финансирования и владения долями в компаниях, задействованных в схеме, были заретушированы. И, скорее всего, это было сделано специально. Но кем? Тимошенко? (см. схему)

В качестве ключевых узлов, через которые, согласно схеме, двигались финансовые средства, обозначены компании, которые в украинской финансовой статистике ассоциируются с одесским банкиром Иваном Фурсиным. Интересно, что он является одним из соучредителей той самой австрийской Сentragas, а через нее — «РосУкрЭнерго».

Кроме того, с Фурсиным ассоциируются присутствующие в схеме компании Monier («Монье») и киевское ООО «Промышленная группа «Монье» (ПГ «Монье»).

Как Сentragas «стоял» на Майдане

Почему Тимошенко решила предать гласности схему перечисления средств в компанию Сentragas именно от 11.12.2004 года (эта дата значится на схеме)? На этот вопрос лидер БЮТ не ответила до сих пор.

Поэтому приходится лишь строить догадки о том, почему из своих богатых запасов компромата Юлия Владимировна вытащила именно этот свиток.

Наиболее правдоподобным является предположение, что эта схема связана с одной операцией, которая произошла в Украине спустя полтора месяца после даты, указанной на схеме.

Дело в том, что в архивах Минюста, Антимонопольного комитета и украинской системы внебиржевой торговли ценными бумагами ПФТС есть данные о чрезвычайной активности группы «Монье» в период с 11 декабря 2004 года по 21 января 2005 года.

Напомним, в это же время наиболее яркие события разворачивались на политическом фронте – происходила «оранжевая революция».

Буквально сразу после рождественских праздников 2005 года АМКУ отчитался, что каким-то сверхъестественным образом сумел в считанные и к тому же выходные дни подготовить для ООО «Промышленная группа «Монье» разрешение на покупку крупного пакета акций, банка «Клиринговый Дом». Владельцем пакета оказался ни кто иной, как вышеупомянутый Иван Фурсин.

Чуть позже, а именно 21 января, была опубликована информация о регистрации на ПФТС сделки по покупке ПГ «Монье» 48% акций этого банка.

Столь большую паузу между датой на схеме и датой регистрации сделки можно объяснить тем, что в это время в Украине царила полная неразбериха, менялась власть, государственный аппарат был практически парализован, вдобавок были новогодние праздники – сначала Рождество в Европе, потом Новый год и Рождество в Украине.

Бенефициаров (реальных собственников), участвовавших в этой сделке, пока обнаружить не удалось, но проследить смену учредителей банка по его годовым отчетам оказалось довольно просто.

Так, согласно отчету за 2004 год, капитал банка формировался следующим образом: физлицу Ивану Геннадиевичу Фурсину принадлежало 48,01% акций, остальные пакеты по 9,6% принадлежали ОАО «Запорожский железорудный комбинат» (ЗЖРК), днепропетровской ТОВ «Объединенная Зерновая компания» (ОЗК), а также страховым компаниям ООО СК «Укрнефтетранс» и ООО СК «Днепр».

Судя по годовому отчету 2005 года, впоследствии список учредителей существенно изменился. Среди них вместо ОЗК, «Укрнефтетранса» и «Днепра» уже значились другие лица.

В частности, доля Ивана Фурсина в банке сократилась с 48,01% до 24,9% акций, а ЗЖРК сократил свой пакет до 5,2%. Зато новым владельцем 49,9% акций в отчете была обозначена ООО ПГ «Монье» (отображенная на схеме в прямой транскрипции как «Мониер»), зарегистрированная в Киеве по адресу ул.Малая Житомироская, 9Б.

Еще одним новым владельцем 9,8% акций банка стало ООО «Укринпро», зарегистрированное в Донецке по адресу ул.Левобережная, 66.

(Кстати, в отчете банка за 2006 год доля «Монье» составила уже 51%, а остальные акции были «обезличены» — перерегистрированы на номинального держателя, «Межбанковский Фондовый Союз»).

Интересно, что примерно в то же время, когда была зарегистрирована сделка о покупке «Монье» банка «Клиринговый дом», вел бурную деятельность и нынешний министр топлива и энергетики, а в то время глава НАК «Нефтегаз» Юрий Бойко.

В начале января 2005 года группа инициативных товарищей во главе с Юрием Анатольевичем подала в Минюст документы на регистрацию возглавляемой им «Республиканской партии Украины».

Напомним, что Юрий Бойко отнюдь не является чужим для главный действующих лиц нашего рассказа. Как известно, в 2004 г. он был представителем главного фигуранта «схемы Тимошенко» компании Сentragas в координационном совете «РосУкрЭнерго».

Итак, в историческую зиму 2004-2005 годов кто-то мерз на Майдане, а кто-то переводил украинские активы на зарубежные фирмы.

И не просто активы – «Клиринговый Дом» является структурой, которой в свое время могли «хором» позавидовать Ахметов, Коломойский, Ярославский и другие могущественные олигархи.

«Клиринговый Дом» — давняя история

О значимости банка «Клиринговый Дом» в газовом бизнесе украинских учредителей Сentragas свидетельствует два ярких эпизода истории его развития.

Первый, очень древний, он относится к концу 90-х годов, времени создания банка «Клиринговый дом» и родственной ему одноименной финансовой компании ФК «Клиринговый Дом».

Тогда, их основателем украинская пресса называла ООО «Биржевые Технологии», созданное при Украинской Межбанковской валютной бирже (УМВБ). Эта компания считалась близкой к семье экс-председателя Национального Банка Украины Вадима Гетьмана, убитого в 1998 году.

О своей личной роли в создании банка не раз заявлял украинской прессе тогдашний партнер Гетьмана, экс-глава УМВБ и нынешний президент Украины Виктор Ющенко.

Обстоятельства ухода из банка и ФК «Клирингового Дома» Гетьмана и его партнеров не известны. Передоложить, кто унаследовал или купил у него этот банк, можно только по данным, которые появились после преобразования в 2002-2003 г. «Клирингового Дома » в ОАО.

Как показывают данные вышеприведенных годовых отчетов, в 2004 г. более 40% акций компании принадлежали лично Ивану Фурсину.

«Клиринговый Дом» — история новая

С той поры, после перемены собственников и до прихода в банк группы «Моньер», банк и ФК «Клиринговый Дом» фигурировал в целом ряде очень успешных финансовых операций.

Наиболее известной из них была операция, совершенная ФК в 2003 году в ходе покупки государственного пакета 84,4% акций ОАО «Крымский Содовый Завод». Сделка совершалась по поручению родственной Сentragas немецкой компании RSI Erste GmbH. С ее помощью завод при стартовой цене пакета в 162 млн. грн. был куплен ФК «Клиринговый Дом» за в 346,69 млн грн.

Очень впечатляющим выглядел список компаний, которых «Клиринговому Дому» тогда удалось «положить на лопатки»: «Энерготранс» (входит в донецкую Группу СКМ Рината Ахметова), «Индустрия ценных бумаг» (входит в ИСД Сергея Таруты), «Нефтехимимпэкс» (группа «Финансы и Кредит» Константина Живаго), «Энергоинвест» (группа «Приват» Игоря Коломойского) и концерн «Стирол».

Равноценное по значению событие, показывающее могущество «Клирингового Дома» в непростую эпоху экс-президента Леонида Кучмы, произошло в 2004 году.

Именно в 2004-м тогдашний глава «Нефтегаза Украины» Юрий Бойко лично настоял на том, чтобы большинство поставок российской нефти на Кременчугский НПЗ (в среднем, он потребляет 4-5 млн тонн нефти в год) осуществлялось при посредничестве ФК «Клиринговый Дом».

Провокация – мать революции

Теоретически существует вероятность, что история развития банка и ФК «Клиринговый Дом» никак не связана с транзакцией, которую Сentragas совершила в исторически непростое для Украины время – в конце 2004 года.

Точно также, теоретически, существует и вероятность того, что детали обнародованной Тимошенко карты движения учредительских взносов, осуществленных CHB Charter Fund, и детали последующей покупки банка «Клиринговый Дом», абсолютно не связанные между собой вещи.

Но уж сильно много в этом деле совпадений.

Первое заключается в том, что декабре 2004 г. Сentragas, в учредители которой входит Иван Фурсин, приняла в свой капитал средства от 4-х указанных в «схеме Тимошенко» неизвестных оффшоров. А спустя всего три-четыре недели дала денег группе «Монье», на покупку банка у того же Фурсина.

Второе — это совпадение во времени регистрации партии Юрия Бойко и осуществления вышеописанных сделок. Непонятно, почему такой влиятельный и отнюдь не бедный человек создал политическую партию именно в это время, а не раньше?

Повторимся, что все эти совпадения могут быть чистой случайностью и не иметь ни малейшего значения.

Но ведь мало вероятно, что Бойко вообще не знал, кто владеет группой «Моньер» и «Клиринговым Домом», который поставлял почти всю нефть на принадлежавший «Нафтогазу» Кременчгский НПЗ.

Мало вероятно и то, что он не знал об отношении к этим компаниям одного из нынешних учредителей «РосУкрЭнерго» Дмитрия Фирташа, когда в сентябре 2004 года предлагал ему занять должность заместителя председателя правления «Нефтегаза».

(Кстати, об этом, скорее всего, знает сама Тимошенко, однако Юлия Владимировна предпочитает молчать. – «УП»).

Мало вероятно, что Юрий Анатольевич не мог знать и о том, что тогдашнее руководство СБУ ни за что на свете не дало бы Фирташу необходимый допуск на руководящую должность в крупнейшей государственной компании…

Знакомясь с одним-единственным документом, которым Юлия Тимошенко желала потрясти Юрия Бойко, вопросов с вероятностью положительного ответа, можно насобирать предостаточно.

Но при этом без ответа останется самый главный вопрос — почему лидер оппозиции выбрала в качестве мишени именно транзакции Ивана Фурсина и компании «Монье»? Почему из всего чемодана компромата, который составляет весомую часть политического капитала Тимошенко, она выбрала именно схему, понятную, возможно, лишь ей и Бойко?

Возня вокруг 10% Фурсина?

Возможно, Юлия Владимировна знает, что сейчас происходит вокруг 10% акций Сentragas.

Ведь сейчас украинские олигархи очень заинтересованы в одной критически важной для них покупке — максимально дешевом приобретении до 10% акций швейцарской газоторговой компании «РосУкрЭнерго».

Российские частные акционеры этой компании, в большинстве своем относящиеся к ближайшему окружению Владимира Путина, в последнее время не давали никаких поводов, чтобы говорить о возможной продаже их доли в этом предприятии.

Другое дело, номинальные украинские соучредители Дмитрий Фирташ и Иван Фурсин, которые, владеют 50% акций «РосУкрЭнерго» через принадлежащую им австрийскую Сentragas Holding Beteilguns GmbH (CHB).

До самого последнего времени ни у кого не возникало ни малейших предположений о том, что Фирташ или Фурсин будут вынуждены передать часть своих имущественных прав в Сentragas – например, Ринату Ахметову. Однако новые обстоятельства позволяют допустить это.

Поскольку, как уже говорилось, российские акционеры «РосУкрЭнерго» не собираются продавать свои акции в этой компании, теоретически отечественные олигархи могут зайти в нее только через Сentragas.

Ведь с недавнего времени, бизнес владельцев Сentragas в компаии «РосУкрЭнерго» находится в полной зависимости от решений Ющенко и Януковича в области установления тарифа за транзит российского газа по украинским трубопроводам.

Если Украина вдруг повысит его, то и Россия автоматически повысит тариф на транспорт среднеазиатского газа по своей территории. В результате чего, запланированная «РосУкрЭнерго» поставка в Украину в 2007 году 55 млрд. куб м газа по цене $130 тыс. куб. м может стать нерентабельной.

Кроме того, Кабмин может влиять на тарифы за использование государственных газопроводов и газовых хранилищ, от которых сильно зависимы все контракты «РосУкрЭнерго».

Исходя из этой этого, наиболее вероятным претендентом на покупку пакета акций Сentragas являются компании Рината Ахматова, к слову которого внимательно прислушивается нынешний премьер-министр. Возможно, стабильность тарифа на прокачку газа в Европу обменяли на долю в «РосУкрЭнерго»?

Не исключено, такую идиллию партнерства нарушила лидер парламентской оппозиции Юлия Тимошенко, втайне от ничего не подозревающих телезрителей.

Комментарии закрыты.

 

Контактные телефоны:
  + 38 (044) 237-90-05
  + 38 (044) 233-46-69
  + 38 (044) 258-45-47 (факс)

Контактный E-mail:
office@nbc.ua
admin@nbc.ua